№ 23 (3753) 12.06.2019

РАСТВОРИЛ Я ОКНО…

Александр Черкашин

Молодой художник участвовал в росписи уникального храма, освоил такой редкий жанр как миниатюра.

Александр Черкашин — разносторонний молодой человек. Он освоил профессии автомеханика, электросварщика, пожарного, спасателя. Он еще и чемпион края по гиревому спорту. Но по призванию он – художник. Тяга к изобразительному искусству проявилась еще в детстве. Ходил в художественную школу в поселке Солнечнодольск, а потом поступил в Ставропольское художественное училище. Пока зарабатывать на хлеб любимым делом не очень получается, и Александр вынужден где-то работать. Но он верит, что придет его час.

Вода – моя стихия

Мы встретились с Сашей на работе у его мамы, Марины Ивановны. Она хозяйка небольшой швейной мастерской, которая кормит, но не обогащает. Материальных излишеств в семье никогда не было, поэтому Саша и вырос самостоятельным, привыкшим полагаться на себя.

На стенах несколько картин и этюдов. Это работы ее сына. Смотрю на пейзажи, где преобладает водная стихия.

-Да, я люблю воду. Это моя стихия, — говорит Александр, — вон видите мой пейзаж, где лес, пронзенный солнечными лучами. Я очень долго работал над этой картиной, не мог передать это ощущение летнего зноя, когда даже в лесу светло, и он весь пропитан солнцем. А там, где у меня вода, как-то сразу получается то, что хотел изобразить. Воду я чувствую.

— У тебя интересный широкий мазок, как у импрессионистов. Тебе близки эти художники?

— В принципе – да. Но я не фанат этого направления, хотя мне многие говорили, что мой стиль близок импрессионизму. Я не пытался им подражать, само так получается. Как говорится, я так вижу. А вот Айвазовский – это мой любимый художник. Так, как он, мало кто мог написать море, передать его мощь и красоту. Хотя сам я на море только два раза был, но зато наше Новотроицкое водохранилище излазал вдоль и поперек. Каждый раз оно разное в зависимости от погоды, от времени года. Его можно писать бесконечно.

— Как я понимаю, твой любимый жанр – пейзаж?

-Да. Говорят, что пейзаж – это самый простой жанр в живописи, вот портрет или жанр – это гораздо сложнее и требует настоящего мастерства. Но я так не думаю. Пейзаж – это окно в прошлое. Когда картина написана талантливо, она обязательно затронет душу зрителя, и он вспомнит что-то хорошее из своей жизни, что ему было дорого. Будить в человеке воспоминания – в этом смысл хорошего пейзажа, да и вообще искусства.

Дерево можно раскрасить

Последний год Александр работал в крупной строительной компании. Работал по специальности – художником. Эта работа много дала ему в творческом развитии. В компании освоили технологию производства различных панно, скульптур, сувениров из дерева при помощи станков с ЧПУ. Интересная технология. Художники создают рисунок, а программисты переводят все это в «цифру», и станки потом сами вырезают из дерева все, что им заложили в электронную память. Позже мастера уже вручную доводят эти изделия до кондиции. Вот такое сочетание искусства, высоких технологий и ремесла. Выглядит это весьма презентабельно. Я видел многие эти изделия. Действительно, впечатляет! По такой технологии целый храм оформили: резной иконостас, лики святых в виде барельефов. Все в одном цвете — мореного дерева.

Александр участвовал в оформлении нижнего храма и предложил свою технологию. Ее смысл в том, чтобы сделать барельефы цветными. Поначалу и батюшки, и коллеги-художники засомневались. Но Черкашин расписал несколько панно, которые заиграли по-новому. Фактически он создал новый стиль. Отдельные панно, которые расписал Александр, были подарены известным людям, в том числе и служителям церкви.

— А как все это сочетается с канонами иконописи и росписи православных храмов? Ведь в этом деле много тонкостей, которые необходимо учитывать.

-Да, были у нас споры. Некоторые батюшки так и говорили, что все это далеко от канонов. Но, в конце концов, и митрополит Кирилл дал благословение на эти труды. Я считаю себя верующим человеком, но не воцерковленным. Есть, конечно, иконописцы глубоко верующие, даже монахи, их труды – это образцы сакрального искусства. Но я знаю художников, которых и верующими назвать нельзя, но они расписывают храмы, и делают это профессионально. На мой взгляд, в этом нет ничего дурного, к тому же любая подобная работа духовно возвышает человека, делает его лучше. То же происходило и со мной, пока работал в храме. Это был замечательный этап в моей жизни.

Это маленькая жизнь

Во время работы в той компании Александр попробовал себя еще в одном жанре – росписи пасхальных яиц, вырезанных на тех самых «умных» станках. Если обрезать овал яйца с одной стороны, то на образовавшейся плоскости можно написать маленький пейзаж или портрет, или храм. Такой жанр живописи называется миниатюрой. Александр успешно освоил его. На его смартфоне много снимков таких пасхальных яиц. Очень интересные работы. Некоторые тоже были подарены как сувениры известным людям.

— Мне понравилось работать в жанре миниатюры. В этой кропотливости, тщательном выписывании деталей есть что-то завораживающее. Мне показалось, что я могу здесь раскрыться как художник с новой стороны. Уйдя из строительной компании, я, конечно, потерял основу для своих миниатюр – заготовки для яиц, но я нашел, чем заменить их. Это обычные спилы небольших стволов деревьев, веток. После специальной обработки на них можно наносить любой рисунок. Я сделал несколько миниатюр диаметром не более трех сантиметров. Меня эта работа поглотила и увлекла. Подарил своим приятелям, знакомым, им нравится. Попробую себя в новом жанре, может, попытаюсь на этом и заработать.

Посмотрел эти работы Александра. Очень интересно. Если пейзаж на холсте, по его определению, это окно в жизнь, то миниатюры – это окошечки в ту же жизнь, которые заставляют нас всматриваться в нее более пристально. Может, увидим какие-то новые, доселе не доступные нам стороны нашего бытия?

Сергей ИВАЩЕНКО

Фото автора и Александра Черкашина

Наверх